Восточная Гренландия

Восточная Гренландия — одна из последних поистине диких границ на Земле — обширное побережье, покрытое льдом, где Арктический океан встречается с крупнейшим островом мира в столкновении ледников, фьельдов и гор такой свирепой величественности, что даже опытные полярные путешественники теряются в попытках найти адекватное описание. Этот регион оставался практически недоступным для посторонних до двадцатого века, защищенный плотно упакованным морским льдом, который заполняет Датский пролив большую часть года. Инуитские сообщества, которые цепляются за это побережье — Тасиilaq, Иттоққортоормиит и несколько меньших поселений — представляют собой одни из самых изолированных человеческих обиталищ в мире, доступные лишь на вертолете, лодке или, в течение нескольких месяцев каждое лето, на экспедиционном судне.

Пейзаж Восточной Гренландии поражает своим масштабом, который трудно осознать. Система Скоурсби-Сунд, самый длинный фьорд в мире, проникает на 350 километров вглубь страны, его разветвленные рукава обрамлены вертикальными скальными стенами, поднимающимися более чем на тысячу метров над зеркально спокойными водами. Айсберги размером с многоквартирные дома откалываются от приливных ледников с громкими тресками, которые отзываются эхом по фьордам. Ледяной щит Гренландии, покрывающий 80 процентов острова, отправляет реки древнего льда к побережью, создавая пейзаж в вечном движении. Летом тундра на короткое время загорается дикими цветами — арктическими маком, пурпурной саксифрагой, хлопковым травой — в то время как мускусные быки пасутся в долинах, которые не изменились с тех пор, как последний ледниковый период отступил.

Восточная Гренландия предлагает встречи с дикой природой, которые являются первозданными, непосредственными и незабываемыми. Белые медведи бродят по паковым льдам и прибрежным районам, особенно вокруг удаленного поселка Иттоqqортоормиит. Нарвалы — единороги моря — регулярно появляются в фьордах, их закрученные клыки пробиваются на поверхность в группах по двадцать и более особей. Моржи выбираются на скалистые берега, в то время как арктические лисы в своем летнем коричневом или зимнем белом наряде пересекают тундру с нервной энергией. Птичьи скалы являются домом для миллионов гнездящихся морских птиц — толстоклювых муров, малых auk и сизых чаек — создавая какофонию жизни на фоне иначе глубокого арктического молчания. Горбатые и малые полосатые киты кормятся в богатых питательными веществами водах у побережья, выпрыгивая на фоне ледников и гор.

Культура инуитов Восточной Гренландии является одной из самых стойких на планете. Люди Тасиилака и окружающих поселений сохраняют образ жизни, который балансирует между традиционным subsistence hunting — охотой на тюленей, нарвалов и белых медведей, проводимой в соответствии со строгими квотами сообщества, — и реалиями современного мира, соединенного спутниковыми телефонами и вертолетами. Собачьи упряжки остаются основным средством зимнего транспорта, а каякинг возник здесь как охотничья техника тысячи лет назад. Музей Аммасалик в Тасиилаке сохраняет уникальную материальную культуру восточно-гренландских инуитов, включая завораживающие фигурки тупилак, вырезанные из кости и рога, которые служили духовными инструментами и теперь ценятся коллекционерами по всему миру.

Aurora Expeditions, Lindblad Expeditions и Ponant организуют экспедиционные круизы в Восточной Гренландии в течение короткого навигационного окна с июля по сентябрь, когда морской лед отступает достаточно, чтобы обеспечить проход. Эти путешествия в стиле экспедиции проводятся на ледокольных судах с надувными лодками Zodiac, опытными натуралистами в качестве гидов и гибкими маршрутами, которые адаптируются к условиям льда и погоды. Посадки на Шкьольдунген, руины в Хвальсей и вдоль побережья Аммасалика являются типичными достопримечательностями. Пассажиры должны быть готовы к суровой погоде, многослойной одежде и возможности изменения планов из-за льда. То, что Восточная Гренландия предлагает в ответ, — это не что иное, как взгляд на планету в её первозданном состоянии — ландшафт такой огромный, такой древний и такой завораживающе красивый, что он переосмысляет понимание того, что такое дикая природа.